Вис, как весна, взглянула влажным взглядом,

И стал ее чертог весенним садом.

Но были жарким ливнем слез облиты

Два вешних цветника — ее ланиты,

И стали бледно-синими тогда,

Как лилии над зеркалом пруда…

Кормилице ответила с тоской:

"Что счастье, если гибнет мой покой?

Что для меня круженье небосвода?

Мне от него — лишь горе и невзгода…

Расписанный дворец, чертог бесценный

Мне огненною кажутся геенной…

Хоть сердце бьется — а должно гореть —

Так бьется рыба, что попала в сеть.

И я горю, горю, познав утрату,

Любовью к матери и страстью к брату.

Ночь для меня волос моих темней,

А день распахнут, как врата скорбей.

Мне утром нет покоя, ночью — сна,

На муки я весь день обречена,

Днем — страхом, ночью — ужасом объята,

И нет к успокоенью мне возврата.

Клянусь тебе: лишь на одно мгновенье

Я ощутила жизни дуновенье,

Один лишь раз была отрада мне, —

Когда Виру увидела во сне…